— Давай по делу, Темыч, — обратился Кулагин к Горшакову.

— По делу так по делу. — Артем покосился по сторонам, как заправский шпион. — Короче, Линч говорит, что добиться УДО не так уж и сложно. Ему самому-то, как он сказал, до фонаря. В зоне, говорит, вольготнее. А вот несколько его реальных корешей такую тему уже пробивали. И успешно. Надо только качественно подмазать Иштанского… Для начала…

— Зама по воспитательной? — недоверчиво переспросил Кулагин.

— Так говорит Линч. Я-то, сам понимаешь, за его слова не ответчик. Ты просил узнать, я узнал. У Иштанского вроде как связи, — Горшаков поднял вверх указательный палец. — Если с ним добазариться, он цинканет, че и как дальше делать. Только я одного не пойму, Леня. Откуда у нас лавэ на такое дело? Надо ведь немало, и потом…

— Это моя головная боль, — взмахом руки Кулагин остановил словесный поток товарища. — Я уже наладил хороший канал связи с Левой и с Ромкой. Они добудут деньги. Столько, сколько нужно. Но… — он многозначительно помолчал.

— Что «но»? — вклинился Шумский.

— Капусту придется отработать. Со временем.

— У Левинсона, что ли?

— Не у Левинсона, — Кулагин вновь бросил пристальный взгляд в сторону сторожевой вышки. — Откуда у самого Левинсона бабки? Они с Ромой возьмут у людей под процент. А мы потом вернем.

— Как?

— Кверху каком. Крутиться придется, Темыч.

— Надеюсь, не жопой?

— Да кому твоя жопа нужна, — Кулагин заметно отмяк и беззлобно рассмеялся. Шумский охотно поддержал его. — Тоже нашел национальную ценность. В нынешние времена головой работают, Артем. Головой! Понимаешь? И скажу тебе откровенно, у меня уже наметились кое-какие соображения на этот счет.